Большая комната освещалась только огнем из камина.
На полу, между камином и дубовым столом, на шкурах лежали двое. Мужчина женщина.
Мужчина отрешенно любовался пляской отсветов на обнаженном бедре его женщины.
Молодая женщина, не менее своего партнера погруженная в себя, поболтала хрустальный бокал с остатками вина на дне.
- Нет! Мы не можем так поступить! – зло проговорила она.
Мужчина устало прикрыл глаза и откинулся на спину. Девушка никак не могла закончить спор, который они вели на военном совете полчаса назад.
Он прекрасно знал свою женщину. Знал, что она никогда не смирится, но глубоко в душе надеялся на это.
Он встал, подошел к столу, медленно отломил кусок пирога* из-за усталости есть не хотелось, но надо было как то потянуть время, что бы собраться с мыслями и накопить сил для продолжения разговора.
-На совете мы решили. Мы отступаем. – наконец заговорил он
Девушка, зло наблюдая за ним всё это время, наконец получила от него нужный повод.
-Серые вырежут пол-города!
-Да
-Мы же обещали их защищать!
-Да
-А теперь бежим как собаки, поджав хвост?
-Да – в очередной раз устало повторил мужчина. Усталость после сегодняшнего боя давила невыносимо, и продолжил – ты же слышала, что принесли разведчики? Они сняли боевых магов с южного и западного направлений. Значит на нас идут трое.
И добавил про себя – минимум.
-Но мы тоже маги! Нас четверо!
-Да, маги. Но не боевые. Эти всю жизнь, лет по двести, наверное, учились только одному – убивать. Посмотри что с нами сделал только один ….
-Мы завалили его! – перебила девушка
-Да. Но чего нам это стоило? Мертвому нужно месяц, что бы встать на ноги. У него половина тела сгорела. Нас с тобой прикрыл, между прочим!
-Он и так уже мертвый, он не может снова умереть… – чуть тише отметила она
-Да, но пользы от него в бою теперь нет.
-Есть я, ты и Учитель, а Мертвый может руководить боем из штаба…
-Лучше всего в штабе оставить Мудрого. Он хороший учитель, мудрый человек, но в бою слабее любого из нас
Они помолчали. На лице девушки были видны все ее эмоции – злость, обида, гнев и снова злость.
-Если мы отступим, мы сохраним лучших воинов. Сможем собрать армию и снова отбить город. Да, за это время серые казнят очень многих. Но другие останутся. Их мы сможем спасти. Но если сейчас упереться, и начать оборонять город, собирать армию будет уже просто некому. И некому будет отбить город.
……
Мужчина проснулся от ощущения беды. Девушки рядом не было и ему потребовалось пара секунд что бы понять, что происходит. Эти пара секунд и дали ей фору перед ним.
-Твою мать, что ты творишь – выругался он вскакивая и на ходу хватая штаны.
Он бежал по ступенькам замка, надеясь на свою силу ног, что бы догнать девушку. Но легконогая сама была ловка и бежала быстро. Где то в четырех- пяти секундах впереди, как понимал мужчина.
И тут забился в истерике тревожный колокол… часто, мелко, страшно…. Мужчину как холодным душем, окатила волна страха. Колокол означал одно – на горизонте паруса серых. Значит они уже здесь. И времени у них – максимум часа три…
Выскочив на центральную площадь он сразу увидел то, чего и боялся больше всего – обсидианово черный дракон, взмахивая огромными, в языках пламени крыльями, набирал высоту над стеной замка.
Он отставал от своей девушки даже больше чем думал – на шесть секунд. Не обращая внимания на мельтешащих вокруг людей, таскавших по двору почти бесполезное в грядущей битве оружие – мечи, копья, щиты – он начал разбег и запустил трансформацию. Сбивая с ног зазевавшихся людей, синий дракон, текучий как вода, поднялся над стеной замка.
Мозг дракона работал как компьютер. Расчёт ветра, плотности воздушных слоёв, соотношение скоростей с чёрным, вектора направлений. Забитые на самое дно интеллекта эмоции не мешали.
Нужно было как то наверстать эти шесть секунд. Он, конечно же, несколько сильнее и быстрее, но это давало выигрыш в секунды три. Максимум четыре, если она не поднажмет. Она его не видит, ослепленная своей задачей, и поэтому не пытается оторваться. Тогда пять секунд. Не хватало одной. Она достигнет кораблей на секунду раньше него, а значит, по ней ударят первой и будет целая секунда, пока она будет в одиночестве. Очень… безумно…. долго. Всколыхнувшиеся со дна эмоции чуть не помешали ему.
Есть! Он увидел выход… и начал набирать высоту, отставая от девушки в образе дракона еще больше.
Она летела достаточно высоко, что бы можно было вклинится между ней и кораблями. Теперь главное точно рассчитать момент.
Набрав высоты, синий дракон сложил крылья и стрелой, на сверхзвуке, устремился в сужающийся зазор между черным собратом и кораблями. Девушка тоже начала атаку.
-Ашшшшаааррааккхххх — иноземное ругательство, подцепленное где-то в далеких мирах, это все что оставалось синему дракону.
С кораблей ударили восемь заклятий.
Восемь.
Значит магов восемь. Все, что были у серых. Весь выводок, не считая того, которого они завалили вчера.
Вчетвером против одного или двух магов – они могли еще справиться. Но восемь….
Мозг-компьютер мгновенно рассчитал траектории всех восьми струй и выделил три – те что шли не в него …. В нее…
***************
Дверь в таверну открылась и впустила невысокую фигуру. Опытный трактирщик сразу почувствовал – не к добру. Было в этой фигуре что такое, что не предвещало ничего хорошего.
Но полутемный подвал не позволял разглядеть вошедшего.
-Что есть на ужин? – фигура наконец то подошла к стойке и вошла в круг света.
Это была девушка … или женщина. Сложно разобрать возраст. Потрепанные кожаные доспехи и рукоять меча за спиной, в походном положении. Потухший взгляд.
-Ты кто? – неразумно начал сразу грубить трактирщик
Женщина подняла на него взгляд, от которого у того застыла кровь.
-Есть рагу из барана – не дал ей ответить трактирщик. – И вино могу принести
-Хорошо. Комната найдется?
-Да но… мне нужно ваше имя, вы же знаете правила… серые не любят чужих.
-Аг’ш.
-Но это имя серых, вы на них совсем не похожи….
-До сих пор срабатывало… – ответила она и отвернувшись пошла к столу. Разговор был окончен.
————————
* в местном языке пирог и торт – одно и тоже. Суровый быт не позволял людям иметь такую роскошь, как торт. Сытный, хотя и грубый пирог – заменял им праздничное блюдо, которое другие назвали бы тортом