Гарри стоял под мелким осенним дождем в самом центре темного предрассветного Лондона. Казалось, что рыхлые осенние тучи спустились до самой земли и пьют воду из холодной Темзы, а потом разбрызгивают её мелкой моросью над спящим городом. Суровый и прекрасный Вестминстер отражался в беспокойной Темзе и казался утопленником, ушедшим под воду в результате грандиозной катастрофы. Гарри наслаждался этой темной готической красотой, тишиной, туманом, прохладой – всем, к чему он привык с самого детства. Мелкая морось дождя приятно холодила его кожу, так уставшую от калифорнийской жары, серый пейзаж давал отдых глазам от ненавистного слепящего южного солнца. Всё вокруг было бесцветно, беззвучно, холодно и отстраненно – и этим прекрасно.
Гарри был совершенно один. Один с самим собой. На плече болталась почти пустая сумка – в ней было только самое, самое важное – фотографии детей и последний подарок мамы. Вот, собственно, и всё, что составляло его жизнь.
Нет, не всё. Он – мужчина. Он молод, здоров и силен. И у него есть воля. Да, он рос и жил по чужим правилам – матери, Семьи, жены… Но он вырос. И стал мужчиной.
Гарри повернулся спиной к зданию Парламента и решительно зашагал. Его огненная шевелюра, словно факел, рассекала серое марево древнего Вестминстера.
Так и шел он в никуда – сын без матери, муж без жены, отец без детей, принц без родины…
Свободный и счастливый.
Было легко.
……..
Гарри проснулся. Калифорнийское солнце в своем бескомпромиссном сиянии жалило его глаза.